"Русская литература XVIII века"

Информационно-поисковая система




 
  [главная]    -     [поиск]    -     [справочные и учебные материалы]    -     [об участниках проекта]    -     [руководство для пользователя]    -     [контакты]  
 
Цит. по: А. Д. Кантемир. Собрание стихотворений.. Ред. Л.: Советский писатель, 1956.
Первая публикация: Сатира I. На хулящих учения. К уму своему . Сатиры и другие стихотворческие сочинения князя Антиоха Кантемира с историческими примечаниями и кратким описанием его жизни., 1762.
Литературный род: лирика
Год написания: 1729
Метрическая схема: Силлабич. 13-сл.
Рифмовка: Астрофич. п. р.
Темы: образование, невежество
Указатель: Август, Анахарсис, Андес, Антонин Непот, Аполлин, Аполлон, Берков П. Н., Биас, Бог, Браге Т., Бриндизи, Буало Н., Василий Великий, Вергилий, Гея, Глаголева Т., Гольдбах К., Гораций, Греция, Давид, Дашков Г., Диана, Димитрий (Туптало Д. С.), митр. Ростовский, Евгений, Евклид, Европа, Евтерпа, Егор, Еремин И. П., Зейкан И. А., Зоил, Иисус Христос, Иоанн Златоуст, Калаврия, Каллиопа, Кантемир А. Д., Клеобул, Клио, Коперник Н., Критон, Кролик Ф., Латона, Ломоносов М. В., Лука, Луциус Э., Макентин Х., Медор, Мельпомена, Меценат, Мисон, Мнемозина, Москва, Неаполь, Нерон, Павел, ап., Парнас, Периандр, Периерг, Персий, Петр I, Петр II, Писистрат, Питтак, Полигимния, Поллион, Прокопович Ф., Птолемей К., Рекс, Рим, Россия, Сатир, Сенека, Силван, Солон, Талия, Таций, Творче, Терпсихора, Тихонравов Н. С., Томашевский Б. В., Тразибул, Тредиаковский В. К., Уран, Урания, Фалес, Фемис, Ферекид Сиросский, Филарет, Фокида, Хилон, Цицерон, Эпаминонд, Эрато, Ювенал, Юпитер

Сатира сия, первый опыт стихотворца в сем роде стихов, писана в конце 1729 года, в двадесятое лето его возраста. Насмевается он ею невежам и презирателям наук, для чего и надписана была На хулящих учения. Писал он ее для одного только провождения своего времени, не намерен будучи обнародить; но по случаю один из его приятелей, выпросив ее прочесть, сообщил Феофану , архиепископу Новгородскому, который ее везде с похвалами стихотворцу рассеял и, тем не доволен, возвращая ее, приложил похвальные сочинителю стихи и в дар к нему прислал книгу Гиралдия о богах и стихотворцах. Тому архипастырю следуя, архимандрит Кролик многие в похвалу творцу стихи надписал (которые вместе с Феофановыми в начале книжки приложены) <стихи эти см. на стр. 442-443 настоящего издания>, чем он ободрен, стал далее прилежать к сочинению сатир.

Кантемир неоднократно предпринимал попытки издать свои сатиры. Первая такая попытка относится к 1731 г., когда он, незадолго до отъезда из России, составил сборник, содержавший пять сатир, известных теперь по так называемой первоначальной редакции. Вторая попытка была предпринята в мае 1740 г., третья - в конце того же года. Состав сатир в этих сборниках был, по-видимому, одинаков и включал семь сатир (I-VII). Возможно, впрочем, что первый содержал только шесть сатир. Наконец, последняя, четвертая попытка (март 1743 г.) привела к созданию предсмертного сборника, содержавшего восемь сатир (I-VIII) в так называемой окончательной редакции. Копию с этого не дошедшего до нас сборника представляет упомянутый выше Академический список. Долгое время считалось, что указанные восемь сатир исчерпывающе представляют все, что создал Кантемир в данном жанре. Но в 1859 г. Н. С. Тихонравов опубликовал текст новой, дотоле неизвестной сатиры К солнцу. На состояние сего света. Наконец, в 1906 г. Т. Глаголева напечатала еще одну сатиру На Зоила , предположительно приписав ее Кантемиру . Отобранные для предсмертного сборника восемь сатир были пронумерованы автором в порядке, отражающем хронологию их создания. Вновь обнаруженную Н. С. Тихонравовым сатиру первые издатели назвали девятой, но не в соответствии с хронологией, а по тому чисто внешнему обстоятельству, что она была открыта после восьми известных.

В настоящем издании в наименовании сатир имеются некоторые особенности. Как известно, сатиры Кантемира , за немногими исключениями, имеют два заглавия. Одно заглавие - тематическое (На хулящих учение, На зависть и гордость дворян злонравных и т. п.). Другое заглавие - нетематическое - как правило, обозначает адресата, к которому обращается автор (К уму своему, К Архиепископу Новгородскому и т. д.), либо - в случае диалогического построения сатиры - участников диалога ( Филарет и Евгений , Сатир и Периерг ). Какое заглавие является основным, какое - дополнительным? В Академическом списке, отражающем последний этап творческой истории сатир, авторская воля в этом отношении не выражена прямо, явно. Тематические заглавия в списке приведены в Таблице (оглавлении), нетематические - в тексте, но при этом неясно, какому ряду заглавий Кантемир отдавал здесь предпочтение. В изд. Ефремова основным заглавием было признано то, какое в Академическом списке помещено в тексте (т. е. нетематическое). Вслед за ним в скобках дано тематическое заглавие, взятое из Таблицы. Однако никаких оснований для того, чтобы так поступить, у Ефремова и Стоюнина не было. Если обратиться к практике самого Кантемира , то можно установить, что решающее значение автор придавал именно тематическим заглавиям, помещая их соответственно на первом месте. В дошедших до нас списках первоначальной редакции сатир, имеющих двойное заглавие, тематическое всегда стоит впереди. Данные истории текста и творческой истории сатир свидетельствуют о том, что Кантемир проявлял особую заботу о том, чтобы снабдить все сатиры тематическими заглавиями, в то время как две сатиры (VI и VIII) в окончательной редакции так и остались без второго - нетематического заглавия. Выделение тематических заглавий в качестве основных обеспечивает соблюдение единого принципа наименования сатир, к чему, по-видимому, и стремился сатирик; выделение же нетематических заглавий приводит к непоследовательности и половинчатости, особенно ярко проявившимся в изд. Ефремова, где большинство сатир (6) имеют в качестве основного заглавия нетематическое, а две (VI и VIII) - тематическое. По изложенным соображениям в настоящем издании сатир основным заглавием принято тематическое. Оно и поставлено впереди.

Широко распространено мнение, будто сатиры Кантемира написаны обычным силлабическим стихом. Авторы пособий по русскому стихосложению, как правило, даже цитируют сатиры Кантемира в качестве классических образцов силлабики. 1 Однако более внимательное изучение вопроса приводит к выводу, что традиционное мнение ошибочно. В известном смысле стихосложение сатир - явление уникальное в русской поэзии. Кроме Кантемира , почти никто им не пользовался. Стих его сатир в основе своей, конечно, силлабический, но это не обычная, не классическая силлабика, а реформированная. В нее введены элементы тонического принципа, и потому вернее будет определить ее как своего рода тонизированную силлабику. Сатиры написаны тринадцатисложным стихом с обычной для силлабической системы женской рифмой. Каждый стих обязательно имеет цезуру, делящую стих на два полустишия; в первом полустишии семь слогов, во втором - шесть. Обычное силлабическое стихосложение совершенно не регламентировало ударений в строке, за исключением ударения, связанного с рифмой. Именно таким обычным силлабическим стихом Кантемир писал первоначальную редакцию сатирического цикла из пяти сатир, созданных в период 1729- 1731 гг.

В более поздний период - к концу 1730-х, началу 1740-х годов - у Кантемира вырабатываются новые правила ритмической организации тринадцатисложного стиха. Теоретически эти правила были изложены им в специальном трактате ( Письмо Харитона Макентина к приятелю о сложении стихов русских) и практически претворены в окончательной редакции восьми сатир, вошедших в предсмертный сборник, подготовленный для печати. Суть нововведенных Кантемиром правил сводится коротко к следующему. Как уже указывалось выше, единственным фиксированным ударением в традиционном силлабическом тринадцатисложнике было ударение, связанное с рифмой, т. е. на двенадцатом, предпоследнем слоге. Оно, разумеется, не могло служить ритмическим центром всего стиха из-за местоположения. Сохраняя за этим ударением роль ритмической опоры для второго полустишия, Кантемир создает новую ритмическую опору в первом полустишии, связывая ее с цезурой. Кантемир требует точной регламентации ударений в предцезурных слогах, чего не было ни в практике, ни в теории силлабического стихосложения в России до него. В первом полустишии ударение, согласно Кантемиру , должно обязательно падать либо на седьмой слог, либо на пятый, но ни в коем случае не на шестой .2 Закрепляя ударение в предцезурных слогах, новые правила усилили ритмическую роль цезуры. Вместе с тем они увеличили число слогов, регламентированных в тоническом отношении. Если в традиционном тринадцатисложном стихе было всего два таких слога (двенадцатый обязательно ударный, а тринадцатый безударный), то в кантемировском таких слогов оказывается уже минимум четыре (кроме названных выше двух, еще шестой - непременно безударный и седьмой - ударный), а в отдельных случаях и пять (если ударение приходилось на пятый слог, то в этом случае не только шестой, но и седьмой должен был быть обязательно безударным). Все это говорит о том, что попытки Кантемира реформировать силлабику, как уже указывалось выше, вели к ее тонизации. Правда, попытки эти следует признать очень робкими, половинчатыми, особенно если сравнить их с реформаторской деятельностью в области стихосложения Тредиаковского и тем более Ломоносова . Но все же это был шаг вперед по сравнению с обычной, традиционной силлабикой, шаг в том направлении, в каком пошло дальнейшее развитие русского стихосложения.

Сказанное выше о строении стиха Кантемира позволяет уяснить, как следует читать его сатиры. Поскольку ритмической основой стихосложения сатир остается равносложность строк (общий принцип силлабического стихосложения), то при чтении необходимо скандировать по слогам, выделяя каждый слог. 3 Наряду с этим важно соблюсти при чтении цезуру - после седьмого слога следует сделать заметную паузу, что позволит расчленить стих на два полустишия. При этом в первом полустишии требуется выделить ударением соответствующий слог перед цезурой (либо пятый, либо седьмой, считая от начала стиха); во втором полустишии ударение связано с рифмой и падать оно должно обязательно на предпоследний, двенадцатый слог стиха. Для иллюстрации того, как нужно читать сатиры, приведем небольшой отрывок, расчленив слоги, проставив в строках предцезурное ударение и отметив место цезуры:


Тот/ в сей/ жи/зни/ лишь/ бла/же́н, // кто/ ма/лым/ до/во/лен,
В ти/ши/не/ зна/ет/ про/жи́ть, // от/ су/ет/ных/ во/лен
Мыс/лей,/ что/ му/чат/ дру/ги́х, // и/ топ/чет/ на/деж/ну
Сте/зю/ до/бро/де́/те/ли // к кон/цу/ не/из/беж/ну.

В изд. Ефремова редакторы специально проставили предцезурные ударения в стихотворном тексте, имея в виду помочь правильному чтению произведений сатирика. Однако целесообразность подобной операции с текстом весьма сомнительна. Сам Кантемир ударений не расставлял, а всякая позднейшая расстановка зачастую неизбежно оказывается произвольной, ибо далеко не всегда можно безошибочно определить, каково было ударение на том или ином слове в первой половине XVIII века, а тем более в индивидуальном произношении сатирика (что очень важно). Искусственная подгонка ударений под известные из Письма Харитона Макентина правила (как это сделано в изд. Ефремова) создает иллюзию, будто поэт в окончательной редакции абсолютно строго выдерживал указанные правила, не допуская от них ни одного отступления. Между тем специальный анализ доказывает, что на самом деле отступления имели место, что правила являлись нормой, к которой стремился сатирик, но не во всех случаях ему удавалось ее достичь. По этим соображениям предцезурные ударения в настоящем издании не проставляются.

В Академическом списке к разделу Сатиры имеется эпиграф:


L'ardeur de se montrer, et non pas de médire,
Arma la verité du vers de la Satire. Boileau Art Poét. Chant. II, v, 145 То есть:
Не злословить, но себя оказать меж нами
Жадность правду воружи сатиры стихами. Буало Искусство стихотв. Песнь II, ст. 145 В этом же списке помещено следующее Предисловие к сатирам.

Сатиру назвать можно таким сочинением, которое, забавным слогом осмевая злонравие, старается исправлять нравы человеческие. Потому она в намерении своем со всяким другим нравоучительным сочинением сходна; но слог ея, будучи прост и веселый, читается охотнее, а обличения ея тем удачливее, что мы посмеяния больше всякого другого наказания боимся.

Сатира начало свое приняла на позорищах, где между действами трагедии вводилися для увеселения смотрителей смешные явления, в которых действители, в образе сатир, грубыми и почти деревенскими шутками пятнали граждан злые нравы и обычаи. Такое изображение римляне, грекам последуя, на своих позорищах завели; а потом и кроме зрелища порядочными стихами сатирические творения составлять стали. Луциус некто в том дорогу показал Горацию , Персию и Ювеналу , а сии итальянским, французским и прочих народов сатирикам.

Я, в сочинении своих, наипаче Горацию и Боалу , французу, последовал, от которых много занял, к нашим обычаям присвоив. Читателям моим оставляю судить, сколько я в сем опыте нового на нашем языке сочинения преуспел. Новость предприятия, может быть, извинит погрешения слога; а осторожное обличение злонравия подлинно не осудят любители добродетели. От злонравных ничего не ожидаю, хуление и хвалу, гнев и любовь их равно презирая

.

Сатира I. На хулящих учения... (стр. 57). Впервые - изд. 1762 г., с искажениями. Более точно - изд. Ефремова. В настоящем издании текст сверен и исправлен по Академическому списку. Первоначальный текст сатиры был создан в конце 1729 г. Он подвергся многократным переработкам. Окончательная редакция определилась к началу 1743 г.

В автокомментариях Кантемир рассказывает, что, написав сатиру, он, по обычаю всех почти сатириков, скрыл свое имя и не думал ее обнародить, но затем она стала известна Феофану Прокоповичу , который ее везде с похвалами стихотворцу рассеял. Прокопович , возвращая список сатир, приложил к нему написанное в похвалу автора стихотворение К сочинителю сатир:


Не знаю, кто ты, пророче рогатый;
Знаю, коликой достоин ты славы;
Да почто ж было имя укрывати?
Знать, тебе страшны сильных глупцов нравы.
Плюнь на их грозы, ты блажен трикраты.
Благо, что дал бог ум тебе, столь здравый.
Пусть весь мир будет на тебя гневливый,
Ты и без счастья довольно счастливый.

Объемлет тебя Аполлин великий,
Любит всяк, кто есть таинств его зритель;
О тебе поют парнасские лики,
Всем честным сладка твоя добродетель
И будет сладка в будущие веки;
А я и ныне сущий твой любитель;
Но сие за верх твоей славы буди,
Что тебе злые ненавидят люди.

А ты как начал течи путь преславный,
Коим книжные текли исполины,
И пером смелым мещи порок явный
На нелюбящих ученой дружины,
И разрушай всяк обычай злонравный,
Желая в людях доброй перемены.
Кой плод учений не един искусит,
А дураков злость язык свой прикусит.

Эти стихи Прокоповича (о нем см. примечания к III сатире) обычно относят к 1729 г., однако в списках они датируются апрелем 1730 г. (в одном списке: 1-го дня, в остальных: дня 22). Противоречит также фактам утвердившаяся без должных оснований версия о том, будто Прокопович непосредственно инспирировал создание первой сатиры. В действительности первая сатира была создана Кантемиром по собственному почину, без ведома Прокоповича , и последний, как сообщается в автокомментариях, узнал о ней от приятеля сатирика. Похвальные стихи Феофана Прокоповича сыграли важную роль в литературной судьбе молодого поэта, утвердили его на избранном им поприще сатиры и вдохновили на создание новых обличительных произведений.

Вслед за Прокоповичем Кантемира приветствовал Феофил Кролик - видное духовное лицо, сторонник Ф. Прокоповича в борьбе против церковной реакции. Ф. Кролик написал на латинском языке стихотворения, в которых высоко оценивает значение сатирической деятельности Кантемира . Вот их подстрочный перевод:

Важно искусство распознавать людские глупости, колоть пороки острым стихом и истреблять вредные, господствующие в умах предрассудки. Немаловажна заслуга открывать следы дурных нравов и смешивать в стихах полезное с приятным так, чтобы воля сама собою стремилась к лучшему. То и другое совершаешь ты, как мощный властелин, кто бы ты ни был под скрытым именем; но если ты сам избегаешь того, в чем укоряешь других, то совершенно успеешь в своем намерении.

Какие достойные почести воздаст тебе мудрость, почтенная тобою столь лестным образом, остроумный писатель, когда и сама глупость, уязвленная колким стихом, восхваляет твой гений!

Пусть невежда, чуждый всего священного и коснеющий в своем неведении, порицает мудрого; пусть празднолюбец, гордящийся своею блестящею одеждой, издевается над познаниями, приобретенными неусыпным трудом; пусть сластолюбивый богач, бедный среди куч золота, изрыгает хулы на просвещение: все это развеваешь ты, как ветром, своим стихотворением и научаешь ценить достоинство наук. Как же музам (касталидам) тебя, увенчанного мудростью, не назвать оплотом и украшением, приятным богу. (Перевод заимствуется из изд. Сочинения князя А. Д. Кантемира , 1836.)

Обычно вслед за приведенными в переводе стихами Ф. Кролика печатается эпиграмма Ad lectorem satyrae ( К читателю сатиры). Считая Кантемира автором этой эпиграммы (см. об этом ниже в примечаниях к эпиграммам), мы помещаем ее в настоящем издании среди произведений, принадлежащих сатирику (см. стр. 237).

Стихи Прокоповича и Кролика Кантемир помещал впереди сатиры, а в предсмертном сборнике включил их в вводную группу произведений, открывавших сборник. В списках перед I сатирой (в первоначальной редакции) встречается стихотворение Ф. Кролика на русском языке, не вошедшее в предсмертный сборник:


Творче , не с малым полком брань тебе и дело,
Но с чудачеством, еже весь свет одолело
И давно наполнило глупыми вселенну;
Того для кое диво, что тебе, ученну,
Несть в градах русских места, но между сатиры!
В лес тя темный прогнали глупы богатиры,
Так что никто твоего имени не знает;
Но мне - князь честный, иже злобы побеждает.
Я боголюбец, хотя из малой зверины,
Или царык, желаю сему злу премены
И тебе: да будеши и именем явный
И славен, обличая обычай злонравный.

(В этих стихах зашифровано имя автора: боголюбец-русский перевод греческого имени Феофил; царык - по-польски кролик.)

В некоторых списках первоначальной редакции перед текстом сатиры помещено На первую сатиру к читателю предисловие (текст его см. в Приложениях). В тех же списках встречается ряд эпиграмм, связанных с I сатирой (о них см. в примечаниях к эпиграммам на стр. 471-472).

В рукописном отделении БАН хранится список (ф. 1, оп. 1, N 22), содержащий наиболее ранний текст I сатиры. По сравнению с так называемой первоначальной редакцией в нем недостает первых четырнадцати стихов и отсутствует второе заглавие: К уму своему. Кроме того, имеются некоторые разночтения.


Уме недозрелый, плод недолгой науки! 1
Покойся, не понуждай к перу мои руки:
Не писав летящи дни века проводити
Можно, и славу достать, хоть творцом не слыти.2
Ведут к ней нетрудные в наш век3 пути многи,
На которых смелые не запнутся ноги;
Всех неприятнее тот, что босы проклали
Девять сестр. 4 Многи на нем силу потеряли,
Не дошед; нужно на нем потеть и томиться,
И в тех трудах всяк тебя как мору чужится,
Смеется, гнушается. Кто над столом гнется,
Пяля на книгу глаза, больших не добьется
Палат, ни расцвеченна марморами5 саду;
Овцу не прибавит6 он к отцовскому стаду.

Правда, в нашем молодом монархе7 надежда
Всходит музам8 немала; со стыдом невежда
Бежит его. Аполлин 9 славы в нем защиту
Своей не слабу почул, чтяща свою свиту
Видел его самого, 10 и во всем обильно
Тщится множить жителей парнасских11 он сильно.
Но та беда: многие в царе похваляют
За страх то, что в подданном дерзко осуждают.

Расколы и ереси12 науки суть дети;
Больше врет, кому далось больше разумети;
Приходит в безбожие, 13 кто над книгой тает, -
Критон с четками в руках ворчит14 и вздыхает,
И просит, свята душа, с горькими слезами
Смотреть, сколь семя наук вредно между нами:
Дети наши, что пред тем, тихи и покорны,
Праотческим шли следом к божией проворны
Службе, с страхом слушая, что сами не знали,
Теперь, к церкви соблазну, библию честь стали;
Толкуют, всему хотят знать повод, причину,
Мало веры подая священному чину;
Потеряли добрый нрав, забыли пить квасу,
Не прибьешь их палкою к соленому мясу;
Уже свечек не кладут, постных дней не знают;
Мирскую в церковных власть руках лишну чают,
Шепча, что тем, что мирской жизни уж отстали,
Поместья и вотчины весьма не пристали
4.

Силван другую вину15 наукам находит.

Учение, - говорит, - нам голод наводит;
Живали мы преж сего, не зная латыне,
Гораздо обильнее, чем мы живем ныне;
Гораздо в невежестве больше хлеба жали; 16
Переняв чужой язык, свой хлеб потеряли.
Буде речь моя слаба, буде нет в ней чину,
Ни связи, - должно ль о том тужить дворянину?
Довод, порядок в словах17 - подлых5

Силван одно знание слично людям хвалит:
Что учит множить доход и расходы малит;
Трудиться в том, с чего вдруг карман не толстеет,
Гражданству вредным весьма безумством звать смеет.

Румяный, трожды рыгнув, Лука 29 подпевает:
Наука содружество людей разрушает;
Люди мы к сообществу божия тварь стали, 30
Не в нашу пользу одну смысла дар прияли.
Что же пользы иному, когда я запруся
В чулан, для мертвых друзей31 - живущих лишуся,
Когда все содружество, вся моя ватага
Будет чернило, перо, песок7 да бумага?
В веселье, в пирах мы жизнь должны провождати:
И так она недолга - на что коротати,
Крушиться над книгою и повреждать очи?
Не лучше ли с кубком дни прогулять и ночи?
Вино - дар божественный, 32 много в нем провору:
Дружит людей, подает повод к разговору,
Веселит, все тяжкие мысли отымает,
Скудость знает облегчать, слабых ободряет,
Жестоких мягчит сердца, угрюмость отводит,
Любовник легче вином в цель свою доходит. 33
Когда по небу34 сохой бразды водить станут,
А с поверхности земли звезды уж проглянут,
Когда будут течь к ключам своим быстры реки
И возвратятся назад минувшие веки,
Когда в поcт чернец одну есть станет вязигу 8, -
Тогда, оставя стакан, примуся за книгу
.

Медор 35 тужит, что чресчур бумаги исходит
На письмо, на печать книг, а ему приходит,
Что не в чем уж завертеть завитые кудри; 36
Не сменит на Сенеку 37 он фунт доброй пудры9;
Пред Егором двух денег Виргилий 38 не стоит;
Рексу - не Цицерону 39 похвала достоит.
Вот часть речей, что на всяк день звенят мне в уши;
Вот для чего я, уме, немее быть клуши 10
Советую. Когда нет пользы, ободряет
К трудам хвала, 40 - без того сердце унывает.
Сколько ж больше вместо хвал да хулы терпети!
Трудней то, неж пьянице вина не имети,
Нежли не славить попу святую неделю,

Нежли купцу41 пиво пить не в три пуда хмелю.
Знаю, что можешь, уме, смело мне представить,
Что трудно злонравному добродетель славить,
Что щеголь, скупец, ханжа и таким подобны
Науку должны хулить, - да речи их злобны
Умным людям не устав, плюнуть на них можно;
Изряден, хвален твой суд; 42 так бы то быть должно,
Да в наш век злобных слова умными владеют.
А к тому ж не только тех науки имеют
Недрузей, которых я, краткости радея,
Исчел иль, правду сказать, мог исчесть смелея.
Полно ль того? Райских врат ключари святые,
И им же Фемис вески вверила златые, 43 44
Мало любят, чуть не все, истинну украсу. 45

Епископом хочешь быть - уберися в рясу 11
Сверх той тело с гордостью риза полосата46
Пусть прикроет; повесь цепь на шею от злата, 47
Клобуком12 покрой главу, брюхо - бородою, 48
Клюку пышно повели - везти пред тобою; 49
В карете раздувшися, когда сердце с гневу
Трещит, всех благословлять нудь праву и леву. 50
Должен архипастырем всяк тя в сих познати
Знаках, благоговейно отцом называти.
Что в науке? что с нее пользы церкви будет?
Иной, пиша проповедь, выпись позабудет, 51

От чего доходам вред; а в них церкви пра́ва
Лучшие основаны, и вся церкви слава.

Хочешь ли судьею стать - вздень перук с узлами13,
Брани того, кто просит с пустыми руками, 52
Твердо сердце бедных пусть слезы презирает,
Спи на стуле, когда дьяк выписку читает.
Если ж кто вспомнит тебе граждански уставы,
Иль естественный закон, иль народны нравы 53-
Плюнь ему в рожу, скажи, что врет околёсну,
Налагая на судей ту тягость несносну,
Что подьячим14 должно лезть на бумажны горы,54
А судье довольно знать крепить приговоры. 15

К нам не дошло время то, в коем председала55
Над всем мудрость и венцы одна разделяла,
Будучи способ одна к высшему восходу.
Златой век56 до нашего не дотянул роду;
Гордость, леность, богатство - мудрость одолело, 57
Науку невежество местом уж посело, 16
Под митрой58 гордится то, 17 в шитом платье ходит, 18
Судит за красным сукном, 59 смело полки водит.
Наука ободрана, в лоскутах обшита,
Изо всех почти домов с ругательством сбита;
Знаться с нею не хотят, бегут ея дружбы,
Как, страдавши на море, корабельной службы. 19
Все кричат: Никакой плод не видим с науки,
Ученых хоть голова полна - пусты руки
.

Коли кто карты мешать,20 разных вин вкус знает,
Танцует, на дудочке песни три играет, 60
Смыслит искусно прибрать в своем платье цветы,
Тому уж и в самые молодые леты
Всякая высша степень - мзда уж невелика,
Семи мудрецов61 себя достойным мнит лика.
Нет правды в людях, - кричит безмозглый церковник, -
Еще не епископ я, а знаю часовник, 62
Псалтырь и послания63 бегло честь умею,
В Златоусте не запнусь,64 хоть не разумею
.

Воин ропщет, что своим полком не владеет, 21
Когда уж имя свое подписать умеет.
Писец65 тужит, за сукном что не сидит красным, 22
Смысля дело набело списать письмом ясным. 66
Обидно себе быть, мнит, в незнати старети,
Кому в роде семь бояр67 случилось имети
И две тысячи дворов за собой считает,
Хотя в прочем ни читать, ни писать не знает.

Таковы слыша слова и примеры видя,
Молчи, уме, не скучай, в незнатности сидя.
Бесстрашно того житье, хоть и тяжко мнится,
Кто в тихом своем углу молчалив таится;
Коли что дала ти знать мудрость всеблагая, 68
Весели тайно себя, в себе рассуждая
Пользу наук; не ищи, изъясняя тую, 23
Вместо похвал, что ты ждешь, достать хулу злую.

1 Речь идет об окончательной редакции: именно она обычно и приводится для иллюстрации.(Прим. ред.)

2 Запрещение ставить ударения на шестом слоге вызвано, видимо, опасением ритмической аналогии между обоими полустишиями (и в первом и во втором ударение пришлось бы на предпоследние слоги), что могло бы в известных условиях привести к распаду тринадцатисложного стиха на два самостоятельных.(Прим. ред.)

3 Вопрос о том, как следует читать силлабические стихи, окончательно не выяснен. См. по этому поводу статью Б. В. Томашевского К истории русской рифмы. - "Труды Отдела новой русской литературы". Л., 1948, стр. 257; статью И. П. Еремина в книге: Симеон Полоцкий. Избранные сочинения. М. - Л., 1953, стр. 256-258; а также рецензию П. Н. Беркова на это издание ("Известия Академии наук. Отделение литературы и языка", 1954, N 3, стр. 302- 303).(Прим. ред.)

1Уме недозрелый, плод и проч. Тут наука значит наставление, действо того, кто другого кого учит. Так, в пословице говорим: Плеть не мука, да впредь наука.(Прим. автора)

2Творцом не слыти. Творец - то ж, что сочинитель или издатель книги, с латинского - автор.(Прим. автора)

3Нетрудные в наш век. Слова в наш век посмешкою вставлены. Путь к истинной славе всегда бывал весьма труден, но в наш век легко многими дорогами к ней дойти можно, понеже не нужны нам уже добродетели к ея приобретению.(Прим. автора)

4Всех неприятнее тот, что босы проклали девять сестр. Всего труднее славы добиться чрез науки. Девять сестр - музы, богини и изобретательницы наук, Юпитера и Памяти дочери . Имена их: Клио , Урания , Евтерпе , Ератон , Фалия , Мелпомене , Терпсихоре , Каллиопе и Полимния . Обычайно имя муз стихотворцы за самые науки употребляют. Босы, сиречь убогие, для того, что редко ученые люди богаты.(Прим. автора)

5Расцвеченна марморами саду. Украшенного статуями или столбами и другими зданиями мраморными.(Прим. автора)

6Овцу не прибавит. Человек чрез науки не разбогатеет; каков от отца ему оставлен доход, таков останется, ничего к нему не прибавит.(Прим. автора)

7В нашем молодом монархе. О Петре Втором говорит, который вступал тогда в пятое на десять лето своего возраста, рожден быв 12 октября 1715 года.(Прим. автора)

8Музам. Смотри примечание под стихом 7.(Прим. автора)

9Аполлин. Сын Юпитера и Латоны , брат Дианы , у древних за бога наук и начальника муз почитан.(Прим. автора)

10Чтяща свою свиту видел его самого. В Аполлиновой свите находятся музы. Петр II собою показал образ почитания наук, понеже сам, пока не был обременен правлением государства, обучался приличным такой высочайшей особе наукам. Прежде восшествия на престол его величество имел учителя Зейкана , родом венгерца; а потом, в 1727 году, взят для наставления его величества Христиан Гольдбах , Санктпетербургской Академии наук секретарь. По прибытии своем в Москву его величество изволил подтвердить привилегии Академии наук, учредив порядочные и постоянные доходы профессорам и прочим служителям того училища.(Прим. автора)

11Жителей парнасских. Парнас есть гора в Фоциде , провинции греческой, посвященна музам, на которой они свое жилище имеют. Ученые люди фигурально парнасскими жительми называются. Сим стихом стихотворец припоминает великодушие монарха к учителям, которые на его величества иждивении тщатся приумножить науки и ученых людей.(Прим. автора)

12Расколы и ереси. Хотя то правда, что почти все ересей начальники были ученые люди, однако ж от того не следует, что тому причина была их наука, понеже много ученых, которые не были еретики. Таков есть святой Павел - апостол, Златоустый , Василий Великий и прочие. Огонь служит и нагревать и разорять людей вконец, каково будешь его употреблять. Пользует он, ежели употребление добро; вредит - ежели употребление зло. Подобно и наука; однако для того ни огонь, ни наука не злы, но зол тот, кто их употребляет на зло. Между тем и то приметно, что в России расколы больше от глупости, чем от учения рождаются; суеверие же есть истое невежества порождение.(Прим. автора)

13Приходит в безбожие. Обыкновенное невежд мнение есть, что все, которые многому книг чтению вдаются, напоследок не признают бога. Весьма то ложно, понеже сколько кто величество и изрядный порядок твари познает, что удобнее из книг бывает, столько больше чтить творца природным смыслом убеждается; а невежество приводит в злые весьма о божестве мнения, как, наприклад, богу уды и страсти человеческие приписывать.(Прим. автора)

14Критон с четками в руках ворчит. Вымышленным именем > >Критон (каковы будут все в следующих сатирах) означается тут притворного богочтения человек, невежда и суеверный, который наружности закона существу его предпочитает для своей корысти.(Прим. автора)

4 Поместья и вотчины весьма не пристали. В начале XVIII века русская церковь владела огромными земельными богатствами. Ей принадлежало около одной пятой всей обрабатываемой земли в стране. Петр I предпринял ряд мер к ограничению церковного землевладения и поставил его под контроль государства. Это вызвало сопротивление реакционной части духовенства, стремившегося сохранить экономическую мощь церкви. В речи изображенного в сатире церковника-мракобеса Критона осуждается мнение тех, кто считает, что духовенству не пристало владеть поместьями и вотчинами.(Прим. ред.)

15Силван другую вину. Под именем Силвана означен старинный скупой дворянин, который об одном своем поместье радеет, охуждая то, что к распространению его доходов не служит.(Прим. автора)

16Гораздо в невежестве больше хлеба жали. Не гораздо ли смешно приписывать наукам в вину то, что от одной лености земледельцев или от непорядочного воздуха происходить может.(Прим. автора)

17Довод, порядок в словах. Тому учат витийство и наипаче логика, которыя дело есть право о вещи какой рассуждать и то другому ясными доказать доводами.(Прим. автора)

5Подлых - т. е. недворян./note> то есть дело,
Знатным полно подтверждать иль отрицать смело.
С ума сошел, кто души силу и пределы18
Испытает; кто в поту томится дни целы,
Чтоб строй мира и вещей выведать премену19
Иль причину, - глупо он лепит горох в стену.
Прирастет ли мне с того день к жизни, иль в ящик
Хотя грош? могу ль чрез то узнать, что приказчик,
Что дворецкий крадет в год? как прибавить воду
В мой пруд? как бочек число с винного заводу?
Не умнее, кто глаза, полон беспокойства,
Коптит, печась при огне, чтоб вызнать руд свойства,20
Ведь не теперь мы твердим, что буки, что веди6 -
Можно знать различие злата, сребра, меди.
Трав, болезней знание21 - голы все то враки;
Глава ль болит - тому врач ищет в руке знаки; 22
Всему в нас виновна кровь, буде ему веру
Дать хочешь. Слабеем ли - кровь тихо чрезмеру
Течет; если спешно - жар в теле; ответ смело
Дает, хотя внутрь никто видел живо тело. 23
А пока в баснях таких время он проводит,
Лучший сок из нашего мешка в его входит.
К чему звезд течение числить, 24 и ни к делу,
Ни кстати за одним ночь пятном25 не слать целу,
За любопытством одним лишиться покою,
Ища, солнце ль движется, или мы с землею? 26
В часовнике можно честь на всякий день года
Число месяца и час солнечного всхода.
Землю в четверти делить без Евклида смыслим, 27
Сколько копеек в рубле - без алгебры28 счислим.(Прим. ред.)

18Кто души силу и пределы. В сем стихе о метафизике говорится, которая рассуждает о сущем вообще и о свойствах души и духов.(Прим. автора)

19Строй мира и вещей выведать премену иль причину. Физика или естествословие испытает состав мира и причину или отменение всех вещей в мире.(Прим. автора)

20Чтоб вызнать руд свойства. Химия тому учит. Слово руда значит металл, каково есть золото, сребро, медь, железо и прочая.(Прим. автора)

6 Буки, веди - в церковно-славянской азбуке названия букв б и в.(Прим. ред.)

21Трав, болезней знание. То есть медицина или докторство.(Прим. автора)

22Ищет в руке знаки. Докторы, желая узнать силу болезни, щупают в руке больного ударение жилы, от чего познают, каково течение крови и, следовательно, слабость или жестокость болезни.(Прим. автора)

23Внутрь никто видел живо тело. То есть, хотя анатомисты и знают тела состав и состояние, однако нельзя от того рассудить о тех непорядках, которые в живом человеке случаются, понеже еще никто не видал, каково есть движение внутренних человека.(Прим. автора)

24К чему звезд течение числить. О астрономии тут слово идет.(Прим. автора)

25За одним пятном. В солнце и в планетах астрономы пятна с любопытством примечают, по оным признавая время, в которое они круг своего центра вертятся. При соединении двух планет живет то, что нижний пятном кажется в вышнем планете. В луне усматриваются подвижные пятна, которые чаятельно суть тени ея высоких гор. Смотри Фонтенелла, О множестве миров.(Прим. автора)

26Солнце ль движется, или мы с землею ( Фонтенелл, О множестве миров, вечер 1-й). Два мнения имеют астрономы о системе (состав) света. Первое и старое есть, в котором Земля вместо средоточия всего система имеется и неподвижна стоит, а около ея планеты Солнце, Сатурн, Юпитер, Марс, Меркурий, Луна и Венус вертятся, всякий в известное время. Система сие, по Птоломею , своему вымыслителю, называется Птолемаическою; другое есть, которое Солнце неподвижно (но около самого себя обращающееся) поставляет, а прочие планеты, между которыми есть и Земля, в учрежденное всякому время около его вертятся. Луна уже не планета, но сателлес есть Земли, около которой круг свой совершает в 29 дней. Система сие выдумал Коперник , немчин, и для того Коперническою называется. Есть и третие система, Тихона Брахея , датчина родом, которое, однако ж, из прежних двух составлено, понеже он с Птоломеем согласуется в том, что Земля стоит и что солнце около ея вертится, но с Коперником всех прочих планет движение около солнца поставляет.(Прим. автора)

27В четверти делить без Евклида смыслим. Четверть есть часть земли или пашни в 20 сажен ширины и 80 длины. Евклид был славный математик александрийский, где во время Птолемея Лага математическое училище держал в лето по создании Рима 454. Трудов его у нас, между прочим, остались Елементы, содержащие в 15-ти книгах основание всей геометрии.(Прим. автора)

28Без алгебры. Алгебра есть часть математики весьма трудная, но и преполезная, понеже служит в решении труднейших задач всея математики. Можно назвать ее генеральною арифметикою, понеже части их по большей мере между собою сходны, только что арифметика употребляет для всякого числа особливые знаки, а алгебра генеральные, которые всякому числу служат. Наука сия, сказывают, в Европу пришла от арап, которых мнят быть ея изобретательми; имя самое алгебры есть арапское, которые ее называют Алжабр Валмукабала, то есть наверстать или соравнять.(Прим. автора)

29Румяный, трожды рыгнув, Лука. Лука - пьяница, с вина румяный и с вина, часто рыгая, говорит и проч.(Прим. автора)

30К сообществу божия тварь стали. Бог нас создал для сообщества.(Прим. автора)

31Для мертвых друзей. То есть для книг.(Прим. автора)

7Песок. Песком присыпали написанное, чтобы скорее высыхали чернила.(Прим. ред.)

32Вино - дар божественный. Гораций нечто подобное говорит в следующих стихах своего V письма, книги I:
Quid non ebrietas designat? operta recludit:
Spes jubet esse ratas: in praelia trudit inermem;
Sollicitis animis onus eximit: addocet artes
Fecundi calices quem non fecere disertum!
Contracta quem non in paupertate solutum! <Чего только не совершает опьянение! Оно обнаруживает скрытое, побуждает к осуществлению чаяний, увлекает в сражение безоружного, снимает бремя с озабоченных душ, учит искусствам. Обильные чаши кого только не одаряли красноречием! Кого только не освобождали от тягот крайней нищеты!>(Прим. автора)

33Любовник легче вином в цель свою доходит. Свидетельство сему есть Лотова история, которого дочери, его вином упоивши, похоть свою исполнили. Святый Павел говорит: Не упивайтеся вином, в нем же есть блуд.(Прим. автора)

34Когда по небу. Подражание из следующих Овидиевых стихов 7-й его Элегии:
In caput alta suum labentur ab aequore retro
Flumina, conversis solque recurret equis:
Terra feret stellas, c?lum findetur aratro,
Unda dabit flammas, et dabit ignis aquas. <Глубокие реки потекут от моря назад к своему истоку, солнце побежит назад, поворотив своих коней, земля понесет звезды, небо будет разрезано плугом, волна загорится, а огонь даст воду.>(Прим. автора)

8чернец одну есть станет вязигу - т. е. монах перестанет в пост употреблять мясо.(Прим. ред.)

35Медор. Щеголь тем именем означен.(Прим. автора)

36Завертеть завитые кудри. Когда хотим волосы завивать, то по малому пучку завиваем, и, обвертев те пучки бумагою, сверх нея горячими железными щипцами нагреваем, и так прямые волосы в кудри претворяются.(Прим. автора)

37Не сменит на Сенеку. То есть не сменит на книгу Сенекову фунт пудры. Сенека был философ секты стоической, учитель Нерона - императора римского, от которого убит лета Христова 65. Сего Сенеки имеются многие, и почти лучшие из древних, нравоучительные книги.(Прим. автора)

9Фунт доброй пудры - имеется в виду пудра, употребляемая для париков.(Прим. ред.)

38Пред Егором Виргилий. Егор был славный сапожник в Москве , умер 1729 г. Вергилий , стихотворец латинский, был сын некоего горшечника из города Аиды в провинции Мантуанской, где родился 15 октября в 684 лето по создании Рима 454, то есть в 27-е пред рождеством Христовым. В Рим приехав, за его превосходный ум охотно с ним дружбу свели многие из знатнейших города, между которыми были первые император Август , Меценат и Поллион . Весь свет дивится стихам его, которыми у всех достал себе имя князя стихотворцев латинских. Умер в Бринде , городе Калаврии , возвращаяся с Августом из Греции в лето по создании Рима 735, в 51 своего возраста, и погребен близ Неаполя .(Прим. автора)

39Рексу - не Цицерону. Рекс был славный портной в Москве , родом немчин; Марко Туллий Цицерон был сын римского некоего всадника из поколения Тация , короля сабинского. Еще в юношестве своем Цицерон речи говорил в сенате, столь дерзновенны против друзей Катилиновых, что, убоявся за то на себя нападения, уехал в Грецию , где у знатнейших учителей обучився, в такое совершенство привел латинское сладкоречие, что отцом того назван. В 691 лето по создании Римавыбран он с Антонином Непотом в консулы. Антониевым повелением убит в лето по создании 711, в 43 прежде пришествия Спасителева и 64 своего возраста, рожден быв 3 числа января лета по создании Рима 648.(Прим. автора)

10 Немее быть клуши. В ряде местностей клушей называется курица-наседка, в других - галка, чайка. У Кантемира - в первом значении.(Прим. ред.)

40Когда нет пользы, ободряет к трудам хвала. Всех наших действ два повода: польза или похвала. Не обыкли люди или редко следуют добродетели держаться для того, что добродетель собою красна.(Прим. автора)

41Нежли купцу. Имя купца значит посадского: известно, что они великие пиволюбцы и охотники к крепкому пиву, которого часто и в 5 пуд хмеля варю варят.(Прим. автора)

42Твой суд. Твое рассуждение.(Прим. автора)

43Им же Фемис вески вверила златые. То есть судьи. Фемис - богиня правосудия, дочь Земли и Неба , пишется с весками в руках.(Прим. автора)

44Ключари святые. Церковные пастыри, епископы.(Прим. автора)

45Мало любят, чуть не все, истинну украсу. Истинною украсою называет стихотворец науку; и подлинно, невежество голо и срамно.(Прим. автора)

11В образе епископа воплощены черты, свойственные реальному лицу, которого Кантемир в окончательной редакции не называет по имени. В первоначальной редакции в авторских примечаниях (к стиху 18) оно обозначено инициалом: Д***. Кого именно разумел Кантемир , современные читатели хорошо знали. В ряде списков первоначальной редакции имя названо на полях: Егор Дашков . Георгий Дашков - Ростовский архиепископ, обскурант и политический реакционер (о нем см. ниже, стр. 478).(Прим. ред.)

46Риза полосата. Епанча из шелковой парчи безрукавна, сшита на подоле и разных цветов полосами поперек расшита, которую сверх всего платья архиереи надевают. Обыкновенно мантиею называют.(Прим. автора)

47Цепь от злата. Архиереи повседневно сверх рясы, а в священнослужении сверх саккоса повешену имеют на шее цепочку золотую или серебряную, к которой привешен образ, на финифти написанный, Спасителя , богоматери или какого святого. Обыкновенно цепочку тую с образом панагиею зовут, от греческого слова ??????? - пресвятая, прилагательное, которым обыкновенно богородица означается.(Прим. автора)

12 Клобук - высокая цилиндрическая шапка с покрывалом, надеваемая епископами.(Прим. ред.)

48Брюхо - бородою. Широкую бороду и по брюху распущенну невежды священническому чину за особливую украсу приписуют Димитрий, митрополит Ростовский (писатель жития святых), целую книжицу сочинил против суеверия простолюдных о бороде. Напечатана в Москве в 1714 году. Раскольщики бороду брить в грех ставят.(Прим. автора)

49Клюку пред тобою. То есть патерицу. Когда архиерей выезжает с двора, один из его певцов верхом везет патерицу епископскую в знак его церковной власти.(Прим. автора)

50Праву и леву. Разумеется: руку.(Прим. автора)

51Выпись позабудет. Выпись есть письмо приказное, которым судья удостоверяет, что товар какой чиcт, и что с него в государственную казну пошлина взята, или подтверждает владение земли, деревни, двора и проч.(Прим. автора)

13Вздень перук с узлами - надень парик с буклями. Такие парики носили судьи.(Прим. ред.)

52Кто просит с пустыми руками. То есть челобитчик, который подарков не дает, который ничего, прося, не подносит.(Прим. автора)

53Граждански уставы, иль естественный закон, иль народны правы. - Гражданские уставы суть законы, учрежденные от государей, для расправы в судах, каково у нас Уложенье. Закон естественный есть правило, от самой природы нам предписанное, которое всегда неотменно и без которого никакое сообщество устоять не может. Народны правы суть законы, которые содержать должны народы разных властей для удобного взаимного сообщения и взаимной пользы.(Прим. автора)

14Подьячий - мелкий чиновник, писец, помощник дьяка. Впоследствии слово подьячий сделалось синонимом взяточника, крючкотвора.(Прим. ред.)

54Лезть на бумажны горы. То есть шевелить, читать такое множество книг.(Прим. автора)

15Крепить приговоры - подписывать приговоры.(Прим. ред.)

55К нам не дошло время то и проч. Не дошло к нам то время, когда от одной мудрости ожидать было должно человеку свое награждение и повышение в вышние чины.(Прим. автора)

56Златой век. Стихотворцы разделяют времена на четыре века, а именно: на золотой, серебряный, медный и железный , и говорят, что в златом веке люди все одной только добродетели прилежали, отдаляяся всяких злостей.(Прим. автора)

57Мудрость одолело. В сем месте мудрость есть винительного падежа.(Прим. автора)

16Науку невежество местом уж посело - т. е. невежество взяло верх над наукой.(Прим. ред.)

58Под митрой. Митра есть шапка архиерейская, в священнослужении употребляема.(Прим. автора)

17Гордится то - т. е. гордится невежество.(Прим. ред.)

18В шитом платье ходит - имеется в виду вышитая одежда придворных.(Прим. ред.)

59Судит за красным сукном. Во всех приказах стол, за которым судьи заседают, покрыт обычайно красным сукном.(Прим. автора)

19Как, страдавши на море, корабельной службы - т. е. как страдавшие морской болезнью избегают корабельной службы.(Прим. ред.)

20Карты, мешать - играть в карты.(Прим. ред.)

60На дудочке песни три играет. Дудочка тут значит косой флейт, который был, когда сатира сия писана, в славе, и почти все молодые люди на нем играть обучалися.(Прим. автора)

61Семи мудрецов. Славные в Греции семь мудрецов были: Фалес , Питакус , Биас , Солон , Клеобул , Минос и Хилон . Некоторые вместо трех последних кладут Периандра , Анахарса и Эпаминонда ; иные же - Писистрата , Трасибула , милетского тирана, и Феницида Сирийского . Смотри де Ларея в житии семи мудрецов, лист. 1-й.(Прим. автора)

62Часовник - книга, содержащая повседневные молитвы греческой церкви.(Прим. автора)

63Псалтырь и послания. То есть книгу царя Давида и апостолов послания.(Прим. автора)

64В Златоусте не запнусь. В Златоустовом толковании на Евангелие, которое переведено с греческого весьма неясно.(Прим. автора)

21Полком не владеет - т. е. не командует.(Прим. ред.)

65Писец. То есть подьячий.(Прим. автора)

22Писец тужит, за сукном что не сидит красным. За столами, накрытыми красным сукном, сидели судьи. Писец, т. е. подьячий, тужит о том, что он еще не судья.(Прим. ред.)

66Письмом ясным. Наши подьячие, когда пишут, об одном только тщатся, чтоб письмо их было четко и красиво; что же до правописания касается, так мало к тому прилежат, что и не нужно то чают; для того, если желаешь какую книгу не разуметь, отдай ее подьячему переписать.(Прим. автора)

67Семь бояр. Известно есть, что боярский чин бывал в великом почтении; потому знать, что благородным звать себя может тот, из чьего роду семеро честь боярскую на себе носили.(Прим. автора)

68Мудрость всеблагая. То есть бог, понеже он не только мудр, но самая премудрость, к тому ж и всеблаг.(Прим. автора)

23Изъясняя тую - т. е. изъясняя пользу наук.(Прим. ред.)


 
 

© 2011 П. Е. Бухаркин, А. В. Андреев, Е. М. Матвеев, М. В. Пономарева.
При поддержке РФФИ, грант № 11-07-00493-a
© 2007 Факультет филологии и искусств СПбГУ
© 2007 П. Е. Бухаркин, А. В. Андреев, М. В. Борисова, М. В. Пономарева